Битва на реке свирь во время вов

Содержание
  1. Весна 1942 года Наступление на реке Свирь
  2. Читайте также
  3. 7. Весна 1942 г.: партия и извечный вопрос «Кто виноват»?
  4. Наступление немецкой армии летом 1942 года и битва за Сталинград
  5. Глава 9 КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ НА ДОНУ 19 ноября 1942 г. – весна 1943 г.
  6. Глава четвертая Наступление центральных армий с рубежа рек Нара, Руза, Москва и развитие операций (25 декабря 1941 года – 17 января 1942 года)
  7. Глава пятая Наступление армий левого крыла на Детчино, Козельск, Сухиничи и завершение боев за Калугу и Белев (25 декабря 1941 года – 5–9 января 1942 года)
  8. Рубеж на реке Свирь
  9. Любанская операция Весна 1942 года
  10. Синявинские бои Лето 1942 года — зима и весна 1943 года
  11. В обороне под Ново-Киришами Осень 1942 года — весна 1943 года
  12. Рейх, весна 1942
  13. Холодная весна 1942 года
  14. 2.1. Переход Красной Армии в стратегическое наступление зимой 1942 года Демарш Рузвельта относительно открытия второго фронта в 1942 году
  15. 2.2. Решающее наступление фашистского блока летом 1942 года Высадка союзников в Северной Африке вместо открытия второго фронта Сталинград — начало коренного перелома

Весна 1942 года Наступление на реке Свирь

Весна 1942 года

Наступление на реке Свирь

После морозной, снежной зимы 1942 года по приказу командующего 7-й армией генерал-лейтенанта Гореленко[13] мы стали готовиться к наступлению. Зима была крепкой и тяжелой. Всюду лежал глубокий снег, и потому даже на поле боя мы передвигались преимущественно на лыжах. По плану наступления мой батальон предназначался для развития успеха 1-го батальона 94-го стрелкового полка, действовавшего впереди. Исходное положение батальона было севернее деревни Ван-Озеро. Мы должны были продвинуться через деревню на город Подпорожье.

Наступление велось очень низкими темпами, и потому финнам удавалось парировать наши удары. И вот первый эшелон захлебнулся в атаке, и мне пришлось ввести в бой свою вторую стрелковую роту, которая успешно атаковала противника во фланг и продвинулась на 600–700 метров в глубину, где была остановлена хорошо оборудованной обороной противника. Однако действия роты обеспечили возобновление атаки первого эшелона наших войск, и они углубились в оборону противника на километр.

Но дальнейшего развития наступление не получило, активные боевые действия были прекращены. Этот неудачный опыт наступления зимой выявил много недостатков. Стрелковые подразделения не могли успешно действовать в глубоком снегу в лесисто-болотистой местности — не было опыта ни у бойцов, ни у командиров. Боеприпасов, особенно артиллерийских, не хватало, и огневое обеспечение боя было скорее символическим, чем реальным. В таких условиях и упущенная мелочь становилась серьезным препятствием. К примеру, крепления лыж к валенкам были весьма примитивны — всякие там веревочки на палочках, — что резко ограничивало темп движения: лыжи то и дело срывались с ног. Другими словами, подразделения были экипированы слабовато. Штабы плохо изучили передний край и оборону противника, многие огневые точки и артиллерийско-минометные позиции не были выявлены… Потому и боевые задачи, как и в общем цели наступления, формулировались расплывчато. Да плюс истощенный вследствие плохого питания личный состав! Единственное достижение от неудавшегося наступления — передний край приблизился к противнику на расстояние 300–400 метров и обеспечил выгодное положение для организации обороны.

Итак, дело было в конце апреля сорок второго. После безуспешного весеннего наступления 1-й батальон 326-го стрелкового Верхне-Удинского полка, которым я командовал, сменил подразделения 94-го стрелкового Осиновского полка и занял оборону. Слева от нас непроходимое Куйдо-болото, справа, в четырех километрах, — высота 98,1.

И небо, и земля смотрели на нас холодным неродным прищуром. Продолжала царить зима. Обилие снега, насквозь промерзший грунт, стылый ветер, отсутствие как естественных, так и искусственных укрытий. Обстановка располагала к унынию, но войска ждали перелома и стремились к празднику. А праздниками нам могли стать только успешные действия на фронте, пусть пока и малозначительные с точки зрения общей стратегии.

Грунт ни на сантиметр не поддавался никакому долбежному инструменту. Окопы и прочие огневые позиции сооружались из снега. Разведение огня было запрещено, но холод и сырость грозили уничтожить батальон без единого выстрела. Нарушая приказ, мы занимали нейтральные высотки и на обратных к противнику скатах устраивали небольшие костры. Только так можно было немного согреться и просушить, не снимая, валенки и портянки.

Мой наблюдательный пункт находился на высоком дереве, что стояло у высотки, обозначавшей правый фланг батальонного района обороны. Влезть на НП, как и слезть с него, всякий раз было серьезной проблемой. Но эти гимнастические сложности компенсировались отличными условиями наблюдения. Как-то ко мне наверх вскарабкался мой подчиненный — капитан Родимов, командир пулеметной роты, имевшей 12 станковых пулеметов «максим».

Стояло раннее, прозрачное, пронизанное цветными морозными искрами утро. На той стороне оживали позиции противника. С высоты дерева мы хорошо видели, как из глубины вражеской обороны по узкоколейке к переднему краю движется паровозик, тянущий несколько вагонов. Вот он останавливается, и к составу со всех направлений тянутся солдаты с ведрами и котелками. Мы впервые своими глазами увидели, как «вертушка»-паровозик подвозит на позиции питание.

Читайте также:  Описание реки смоленской области

Родимов задумался на минуту и тихонько мне говорит:

— Давайте мы их крепко побеспокоим. Предлагаю обстрелять их в это время из станковых пулеметов с закрытых огневых позиций.

Предложение неожиданное, но оригинальное. Через сутки огневые позиции для четырех «максимов» и данные для стрельбы были готовы.

Очередной рассвет. Я на дереве-НП со стереотрубой. Все идет по распорядку, финны пунктуальны не хуже немцев. Подходит «вертушка». Я даю команду на открытие залпового огня, по 250 патронов в каждой пулеметной ленте. Наблюдаю результат. Несколько десятков солдат падают недвижимыми в снег, остальные разбегаются и уползают.

Мы повторили опыт еще несколько раз, также по утрам и днем. В ответ финны выпустили не одну сотню артиллерийских снарядов, но безрезультатно, ибо стреляли наугад. Обнаружить с той стороны огневые позиции пулеметов на обратных скатах высоток было невозможно. Да и кто мог даже предположить, что пулеметы стреляют не по классическому варианту, а вслепую, по наводке комбата, находящегося на дереве!

Как и говорил капитан Родимов, «побеспокоили» мы противника крепко. «Вертушка» больше днем не появлялась, снабжение переднего края разладилось. Я представил командира роты и наводчиков пулеметных расчетов к наградам, а опыт использования пулеметов для стрельбы с закрытых огневых позиций быстро распространился по всей дивизии.

Такими вот небольшими праздниками мы украшали будни, но общая стратегическая обстановка не менялась. Я ежедневно обходил передний край обороны батальона. Утром 20 апреля решил побывать на НП командира 2-й стрелковой роты капитана Маслова. Разогревшееся солнце торопило запоздавшую весну, снег оставался только в тени да в низких местах-углублениях. Кругом — сыро и мокро. Иду по скользкой и водянистой земле, и вдруг рядом с ногой «чиркает» пуля. Естественно, я бросился в обильно перемешанную с белым снегом жижу. Не сразу подумал, что сапоги, как и телогрейка с брюками цвета хаки, делают меня прекрасной мишенью.

Выстрелы следуют один за другим, с равными паузами. Враг не спеша определяет верный прицел. А я пытаюсь все глубже зарыться в противную холодную промерзшую смесь земли и снега. И наконец, фиксирую двух-трехсекундные интервалы между выстрелами. Выжидаю момент и бросаю тело в сторону. Бросок оказывается спасительным — пули ложатся точно в то место, где я только что лежал. Я вскакиваю и почти мгновенно скрываюсь за скатом небольшой высотки, в мертвой зоне.

После, вспоминая этот случай, я всякий раз снова ощущал себя брошенным на раскаленную сковороду, под которой бушует пламя.

Финский снайпер вел огонь из нейтральной зоны и был хорошо замаскирован. Но наш снайпер, омич ефрейтор Ситников, смог его выследить и уничтожить. Я оказался последней мишенью, на которой он так хладнокровно оттачивал мастерство скрытого убийцы. На войне как на войне… Для победы над врагом используешь все доступные средства, и никто из своих тебя не осудит. Но по-моему, стрельба «из-за угла» напоминает снятие скальпов с побежденных и плененных.

Наступление на реке Свирь было намечено на 10 апреля, и глупее ничего нельзя было придумать. Самое главное — набухание рек, озер и болот, а это примерно 60–70 процентов местности в междуозерье Онеги и Ладоги, южнее реки Свирь. Приказ есть приказ. Я пользовался каждой минутой, чтобы натренировать людей на большие переходы на лыжах, так как переход из района Свирь-3 в район Ван-озера показал, что люди засиделись на Свири в обороне.

Мой батальон был вооружен в это время только автоматами (ППШ). В каждом отделении был еще один ручной пулемет, а в батальоне — пулеметная рота: 12 станковых пулеметов и минометная рота: девять 82-миллиметровых минометов. К тому же в батальоне был еще взвод 45-миллиметровых орудий (3 штуки). Батальон по тем временам был очень сильным в огневом отношении, однако почти 50 процентов личного состава уже составляли запасники от 40 до 45 лет, и подготовлены они были слабо. Учитывая все это, я днем и ночью проводил занятия по тактике и с каждой ротой — учения с боевой стрельбой.

В тот период я был самым молодым комбатом в дивизии. На одном из занятий, проводимых командиром дивизии, ему понравились мои ответы на вопросы и предлагаемые действия по решению вводной. Он тогда, в конце марта 1942 года, сказал, что вот из таких, мол, командиров надо готовить командиров и начальников штабов полков. Через три месяца это осуществилось.

Наступление началось 10 апреля. В первом эшелоне наступали 94-й и 116-й стрелковые полки нашей дивизии, а наш 326-й полк наступал во втором эшелоне. Мой батальон шел в первом эшелоне полка за 1-м батальоном 94-го стрелкового полка не далее двух километров от него. Так как началась распутица, двигаться было очень трудно.

За два часа до начала движения меня вызвал командир полка Юсупов и отдал приказ:

— Наступать углом вперед! Понял?

Здесь же адъютант налил традиционный стакан водки, и командир полка сказал:

Вот и весь приказ. Я знал, что мне надо делать, а этот приказ командира накануне грозных событий в душе рассмешил меня.

Читайте также:  Какую наживку на реках

Пехота первого эшелона дивизии начала атаку не одновременно после артиллерийской подготовки, так как некоторые роты не успели позавтракать и, как говорят, вместо атаки начали делить сухари. Естественно, первый бросок сразу же захлебнулся в крови.

После плохо проведенной артиллерийской подготовки почти все финские артиллерийские батареи ожили и открыли огонь по нашим боевым порядкам. Командир полка Юсупов по логике вещей должен был бы остановить мой батальон. Однако он этого не сделал, и батальон настолько приблизился к впереди наступавшим частям, по сути стоящим на месте, что также попал под огонь артиллерии финнов. Спасло положение то, что я хорошо знал этот район, где находились пустые блиндажи, траншеи, и очень быстро рассредоточил батальон по этим укрытиям.

Однако не обошлось без первых жертв и раненых. У меня до сих пор перед глазами лицо солдата, лежащего на носилках: лицо белое как снег. Однако он был в шоке и, несмотря на раздробление костей таза, ранение в живот, он бодро рассказывал, что с ним произошло. Его быстро унесли, однако вряд ли он остался в живых.

Когда батальон был укрыт и я стал разбираться, где же впереди наступающие, то оказалось, что две роты 94-го стрелкового полка лежат впереди батальона, в 250–300 метрах. Стало известно, что одна рота выдвинулась на один километр вместе с комбатом Мусабировым и ведет бой на краю болота Куйдо-болото в полуокружении. Выход у нее только один — через непроходимое болото, но это верная смерть.

Я доложил командиру полка Юсупову, он ответил: «Жди моих указаний, я доложу командиру дивизии». Вскоре я получил приказ ударить одной ротой в направлении Куйдо-болота, где окружен Мусабиров. Буквально через 15 минут рота старшего лейтенанта Маслова, самая быстроходная, помчалась по лесу на лыжах и буквально через 30 минут, развернувшись с ходу, стрельбой из автоматов атаковала финнов, отбросила их и соединилась с подразделением Мусабирова. Там оказались стрелковая и минометная роты его батальона и 45-миллиметровый взвод орудий на санях с лямками (без лошадей, орудия таскали по снегу расчеты). Воспользовавшись удачной атакой второй роты, я ввел в бой роту капитана Никитина и почти два взвода пулеметной роты, что дало возможность расширить фронт наступления и углубиться на полтора-два километра в глубину обороны финнов, до населенного пункта 31-й квартал (не дошли 500 метров). Эта весть взбудоражила командира дивизии, и он приказал всем частям атаковать противника. Однако все попытки в течение последующих четырех-пяти дней успеха не имели. Мы несли потери и продвинуться вперед не смогли. На этом, можно сказать, «весеннее наступление войск 7-й отдельной армии» было окончено!

За активные действия моей второй роты командир роты Маслов был награжден орденом Красного Знамени. Я получил звание капитан.

Все остановилось, кругом распутица, грязь, бездорожье. Боеприпасы и питание подносили на плечах за 15–20 километров из тыла. На это было задействовано все, что находилось во втором эшелоне. Я же со своим батальоном оказался на переднем крае и вскоре сменил подразделения 94-го стрелкового полка, перейдя к обороне на фронте протяженностью пять километров. Несколько дней ушло на расстановку огневых средств с учетом местности: леса, болота, озера.

За это время мы в батальоне сократили нейтральную полосу между нами и финнами с одного километра до 250–300 метров, занимая каждую ночь небольшие безымянные высотки в нейтральной полосе, а когда финны спохватывались, мы уже были рядом. Устроили завалы в лесу, заминировали открытые танкодоступные участки. Жизнь в обороне была насыщенна.

Когда же определился устойчивый боевой порядок, я, по предложению командира пулеметной роты, организовал стрельбу кочующих пулеметных батарей на большие дальности в полтора-два километра. Это внезапная залповая стрельба пулеметной батареи была настолько эффективной, что финны не выдерживали и открывали огонь из артиллерии по нашим боевым порядкам, однако пулеметную батарею поразить не могли, так как безымянные высотки не нанесены на карте и трудно было определить их местоположение, тем более что стрельба шла из закрытых позиций.

Я же с высокого дерева, то есть со своего НП, вел наблюдение за результатами стрельбы. Мы часто стали вести огонь по скоплениям финнов. Результаты бывали значительные — паника и много раненых. Долгое время — более двух недель — они нащупывали позиции пулеметных батарей, однако им так и не удалось их обнаружить. Очень сильно мы беспокоили финнов. своими снайперами, которые в течение ночи занимали позиции вблизи финнов, маскировались и днем уничтожали противника. Однажды и я попал под огонь финского снайпера, однако Бог меня миловал, остался жив. Так до конца мая месяца батальон оборонялся активно. С 20 мая по 23 июня батальон находился во втором эшелоне 326-го стрелкового полка в лесу южнее реки Яндеба (район Ван-озера). Личный состав приводился в порядок после весенних боев и занимался боевой подготовкой.

Впервые после тяжелой зимы личный состав батальона, выйдя во второй эшелон, получил возможность хорошо искупаться и пройти через «вошебойку». Очень мы все завшивели, и подвижное санэпидотделение во главе с ленинградкой Лидочкой Самариной — товарищем старшим лейтенантом медслужбы — очень хорошо поработало. Могу с уверенностью сказать: после этого в батальоне вшей не было, а у меня — до самого конца войны.

Читайте также:  Интересные места на реке оредеж

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

7. Весна 1942 г.: партия и извечный вопрос «Кто виноват»?

7. Весна 1942 г.: партия и извечный вопрос «Кто виноват»? Еще в феврале 1942 г. в Ленинграде широкое распространение получил слух об аресте председателя городского Совета П.С.Попкова за «вредительство», об ответственности руководства Ленинграда за создавшееся положение. Такие

Наступление немецкой армии летом 1942 года и битва за Сталинград

Наступление немецкой армии летом 1942 года и битва за Сталинград Краткий обзор и отдельные эпизоды[23]21 апреля 1947 г.Первые приказы на летнее наступление 1942 года поступили в 6-ю армию через южную армейскую группировку в апреле 1942 года.Они касались мероприятий, которые

Глава 9 КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ НА ДОНУ 19 ноября 1942 г. – весна 1943 г.

Глава 9 КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ НА ДОНУ 19 ноября 1942 г. – весна 1943 г. Кампания 1812 года научила нас тому, что вероятность итогового успеха не всегда уменьшается, когда проигрываются сражения, отдаются столицы и провинции. Наоборот, народ может оказаться сильнее в сердце страны,

Глава четвертая Наступление центральных армий с рубежа рек Нара, Руза, Москва и развитие операций (25 декабря 1941 года – 17 января 1942 года)

Глава четвертая Наступление центральных армий с рубежа рек Нара, Руза, Москва и развитие операций (25 декабря 1941 года – 17 января 1942 года) Неудачи начального периода наступательных действий армий центрального участка Западного фронта в декабре явились основанием для

Глава пятая Наступление армий левого крыла на Детчино, Козельск, Сухиничи и завершение боев за Калугу и Белев (25 декабря 1941 года – 5–9 января 1942 года)

Глава пятая Наступление армий левого крыла на Детчино, Козельск, Сухиничи и завершение боев за Калугу и Белев (25 декабря 1941 года – 5–9 января 1942 года) Обстановка на левом крыле к 26 декабря 1941 годаПеред войсками армий левого крыла Западного фронта после 25 декабря стояла

Рубеж на реке Свирь

Рубеж на реке Свирь Почти 20 дней я находился в резерве, и наконец-то нас собрали в группу численностью примерно человек двенадцать и отправили в Москву, в Главное управление кадров, для комплектования новых дивизий. Из Вологды до Москвы в ту пору поезд шел более трех суток.

Любанская операция Весна 1942 года

Любанская операция Весна 1942 года Война началась для меня на Ленинградском фронте в начале марта 1942 года. Я командовал 140-й отдельной стрелковой бригадой, прибывшей на фронт из Сибири, а ровно через год, в марте 1943 года, был назначен командиром 311-й стрелковой дивизии и

Синявинские бои Лето 1942 года — зима и весна 1943 года

Синявинские бои Лето 1942 года — зима и весна 1943 года Во второй половине августа в воздухе запахло грозой. По отдельным моментам можно было судить, что где-то на нашем Волховском фронте идет подготовка к новым сражениям. Первой ласточкой был приказ штаба 4-го гвардейского

В обороне под Ново-Киришами Осень 1942 года — весна 1943 года

В обороне под Ново-Киришами Осень 1942 года — весна 1943 года В первых числах октября мы с радостью возвращались в свою родную 54-ю армию, командование которой встретило нас очень радушно. Более месяца бригада дралась в составе 8-й армии, но никого из начальства мы не видели: ни

Рейх, весна 1942

Рейх, весна 1942 IНемцы – народ высококультурный, и свою литературу они знают и ценят. Так что когда в 1926 году Лион Фейхтвангер опубликовал свой роман «Еврей Зюсс», его читателям аллюзии были понятны еще до того, как они открыли первую страницу книги; конечно же, само

Холодная весна 1942 года

Холодная весна 1942 года С 28 апреля по 10 мая 1942 года в целях срыва готовящегося наступления противника на Мурманск была осуществлена Мурманская наступательная операция. По замыслу операции главный удар наносили 72-я морская стрелковая бригада и 10-я гвардейская стрелковая

2.1. Переход Красной Армии в стратегическое наступление зимой 1942 года Демарш Рузвельта относительно открытия второго фронта в 1942 году

2.1. Переход Красной Армии в стратегическое наступление зимой 1942 года Демарш Рузвельта относительно открытия второго фронта в 1942 году Первое стратегическое наступление Красной АрмииУспех контрнаступления под Москвой в декабре 1941 г. Сталин решил завершить достижением

2.2. Решающее наступление фашистского блока летом 1942 года Высадка союзников в Северной Африке вместо открытия второго фронта Сталинград — начало коренного перелома

2.2. Решающее наступление фашистского блока летом 1942 года Высадка союзников в Северной Африке вместо открытия второго фронта Сталинград — начало коренного перелома Фашистский блок рвется к победе на главном театре войныКрах «блицкрига» под Москвой поставил Германию и

Источник

Поделиться с друзьями
Байкал24