Битва при мазурских озерах 1914



Крах австро-германского «блицкрига». Восточно-Прусская операция 1914 г. Ч. 4. Первое сражение у Мазурских озер. Итоги

16 апреля 2019 г.

Нейтрализовав 2-ю армию, немцы переключили внимание на 1-ю.

И 25-го августа развернулось Первое сражение у Мазурских озер. К этому моменту 1-я армия усилилась 26-м армейским корпусом, тогда как 8-я – 2 корпусами, переброшенными с Французского фронта.

Противник развернул более сильную группировку – как в живой силе, так и в артиллерии. Ударная группа 8-й армии в составе 11-го и 20-го армейских, 1-го резервного и Гвардейского резервного корпусов атаковала на фронте Алленбург – Ангербург. Всего же П. Гинденбург и Э. Людендорф располагали (кроме отдельных дивизий) 6-ю корпусами (1-м, 11-м, 17-м и 20-м армейскими, 1-м резервным и 1-м Гвардейским резервным), тогда как П. –Г. К. Ренненкампф — 4,5 корпусами, уже разбавленными необстрелянными второочередными соединениями (2-й, 3-й, 4-й, 20-й армейские корпуса, а также 57-я пехотная дивизия). К началу операции 12,5 русским активным пехотным дивизиям противостояли до 18,5 пехотных дивизий 8-й армии. Обладали немцы и более чем полуторным огневым преимуществом (1146 германских орудий против 724 русских) [Сборник документов. С. 20]. Подход русских второочередных соединений в ходе сражения к изменению ситуации не привел — а на необстрелянные дивизии пришлись основные потери 1-й армии.

Против остатков 2-й армии немцы оставили заслон, включавший в свой состав 35-ю резервную и 1-ю ландверную дивизии, отряд генерала Штеттау и ландверные бригады (всего до 60 батальонов, поддержанных сильной артиллерией).

Мы видим, что к началу Мазурского сражения германцами не только была сосредоточена на Восточно-Прусском ТВД группировка, безусловно превосходившая русских во всех отношениях, ими была наращена и качественная составляющая – объем перволинейных соединений резко возрос, тогда как у русских боевой состав был, наоборот, разбавлен второочередными соединениями.

Германцы планировали обойти левый фланг 1-й армии с юга и, отбрасывая оперативное объединение к нижнему течению Немана, разбить. Треть группировки 8-й армии назначалась для реализации обходного маневра.

Но германские войска действовали вяло.

Так, имевший своим противником слабую русскую 43-ю пехотную дивизию 1-й армейский корпус, лишь оттеснил русских от оз. Видминен. Встретившему упорное сопротивление 17-му армейскому корпусу удалось, с большими потерями, лишь к вечеру овладеть позициями у Круглянкена. 20-й армейский корпус и вовсе топтался на месте – он предпринял робкую попытку продвинуться, отраженную артиллерийским огнем русских. Сильное противодействие встретил и Гвардейский резервный корпус – и, понеся серьезные потери, приостановил свое наступление.

Обходящая группа действовала нерешительно и безрезультатно.

В итоге, мы видим разбросанность сил германского 1-го армейского корпуса (вместо удара кулаком; причем 1-я пехотная дивизия, атаковав русских в районе Аряс, овладела этим пунктом лишь к вечеру и со значительными потерями) и неудачу 17-го армейского корпуса — в районе Круглянкен он провел целую серию атак, отбитых доблестной русской 43-й пехотной дивизий, причем несмотря на четырехкратное превосходство сил немцев [Храмов Ф. Указ. соч. С. 79-80].

Русский командарм-1 организует контрудар – но надежда на последний была слабая. Требовались резервы, а их не было – потерпевшая поражение 2-я и формирующаяся 10-я армии участия в боях пока принять не могли, а переброски войск из Галиции были невозможны (наступала кульминация Галицийской битвы).

В итоге, шедшие с переменным успехом ожесточенные бои (в частности, русскому 20-му армейскому корпусу удалось 29-го августа вновь овладеть г. Гольдап) привели лишь к вытеснению 1-й армии из Восточной Пруссии. Немцы считали, что армия Ренненкампфа не была разбита и значительная часть последней вообще не принимала участия в этих боях — и опасались нового контрудара [Сборник документов. С. 22]. Э. Людендорф отметил тот факт, что бои, в основном, проходили не очень удачно, а русские дали германцам «решительный отпор» [Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг. М. – Мн., 2005. С. 65].

Нерешительность действий 8-й армии позволила главным силам 1-й армии ускользнуть от занесенного удара. Русская армия оказалась сильно расстроена (не столько боями, сколько неудачно организованным отступлением), но не разбита. Кадровые корпуса понесли незначительные потери в людях и материальной части — и восстановление боеготовности оперативного объединения было вопросом нескольких дней [Вацетис И. И. Операции на восточной границе Германии в 1914 г. Ч. 1. Восточно-прусская операция. М., 1929. С. 293].

Читайте также:  Стоянки на череменецком озере

Мы видим, что русским 1-й и 2-й армиям удалось в ходе операции добиться ряда ярких тактических побед (наиболее заметны — победы 1-й армии под Гумбиненом и 2-й армии у Орлау-Франкенау), надлежащим образом, к сожалению, оперативно не использованных.

И специалисты Генерального штаба РККА отмечали, что в кровопролитных боях в Восточной Пруссии были проверены военные доктрины и боевая выучка русских и немцев. Выяснилось, что по уровню тактической подготовки русские и германские войска оказались равноценными противниками – и русские нанесли оппоненту целый ряд тяжелых поражений. Среди них: разгром 6-го августа 25-й и 29-й пехотными дивизиями 1-й армии левого фланга германского 1-го армейского корпуса; разгром 7-го августа под Гумбиненом германских 1-го и 17-го армейских корпусов; поражения, нанесенные войсками 2-й армии германскому 20-му армейскому корпусу (особенно пострадала 37-я пехотная дивизия) у Лана и Орлау — Франкенау, германским 2-й пехотной дивизии (Уздау), 41-й пехотной дивизии (Ваплиц), 6-й и 70-й ландверным бригадам (Мюлен и Гросс-Беccay), 3-й резервной и ландверной Гольца дивизиям (Гогенштейн). К сожалению, тактические победы русских не были превращены в оперативную победу – и ряд благоприятных оперативных возможностей был упущен. А немцам, потерпевшим жестокие поражения практически во всех боях операции, удалось выиграть эту операцию. Несогласованность действий двух русских армий привела к тому, что операция завершилась частным поражением одной и отходом второй [Сборник документов. С. 23].

Германское командование также особых талантов не продемонстрировало – его искусство и прозорливость стали раздуваться позднее. Даже официальный немецкий источник признавал тот факт, что, несмотря на все допущенные русским командованием ошибки, если б после Гумбинена 1-я армия продолжила преследование германцев, исход операции оказался бы другим: ведь достаточно было 1-й армии подойти к району «Танненберга», как проводимая операция, с большими для немцев потерями, оказалась бы прервана. Соответствующая угроза постоянно довлела над немецким командованием, которое все время мучил вопрос: не следует ли, чтоб прикрыться от Ренненкампфа, вывести из сражения крупные силы? [Там же].

Умелые, но рискованные действия по внутренним операционным линиям принесли немцам оперативную победу. Подготовленная материальная база, мощная железнодорожная сеть стали предпосылкой этого успеха. Именно развитая железнодорожная инфраструктура позволила командованию 8-й армии после Гумбиненского поражения оперативно перегруппировать свои войска, обрушившись превосходящими силами на 2-ю армию. Ключевым козырем стало информационное преимущество: перехватываемые радиограммы русских позволили немцам осуществлять рискованные маневры – ведь они видели карты своего противника.

Успех «Танненберга» был немцами всемерно раздут, но поражение самсоновской армии не стало ни переломным, ни поворотным событием войны: 2-я армия, пополнившись, вновь вернулась в строй.

Напротив, важнейшим результатом рассматриваемой операции стал фактически беспрепятственный выигрыш русским Юго-Западным фронтом Галицийской битвы, приведшей к разгрому главных сил австро-венгерской армии. И мы видим, что командование германской 8-й армии, сумевшее извлечь оперативные «дивиденды» из разрозненности и несогласованности действий русских 1-й и 2-й армий, не смогло (или не захотело) довести свою успешную операцию против 2-й армии до яркого стратегического результата, могущего повлиять на оперативно-стратегическую обстановку на всем Восточноевропейском ТВД. Не обращая внимания на просьбы и протесты своего союзника, терпящего поражение в Галиции, оно разворачивает свои войска против 1-й армии — предоставив в Галиции русским полный карт бланш.

Главное командование Австро-Венгрии справедливо отмечало, что ради союзнического долга пожертвовало Восточной Галицией — оттягивая главные силы русских, тогда как немцы отмахиваются от совместного наступления на Седлец. При том что решающее значение для этого наступления имело участие в нем и значительных немецких сил [Храмов Ф. Указ. соч. С. 73]. Соответствующая возможность после поражения 2-й армии и успешного для австрийцев начала Галицийской битвы была вполне реальной. Лишь требовалось временно оставить в покое 1-ю армию, и так привязанную к Кенигсбергу. Но… германскому командованию не хватило дальновидности и оперативного мужества – проигнорировав общесоюзные задачи, оно занялось вытеснением русских войск из Восточной Пруссии.

Читайте также:  Интересные сведения об озере байкале

Дальновидности хватило русскому Верховному Главнокомандующему: после железнодорожного маневра он переломил ситуацию на северном фланге Галицийской битвы в пользу русского оружия. А затем вновь удалось занять и половину Восточной Пруссии. А Германия и Австро-Венгрия, выиграв «Танненберг» и «Комаровское сражение», в итоге проиграли летнюю кампанию на Русском фронте [Евсеев Н. Августовское сражение. С. 277].

Германское командование, предоставив русским карт бланш в Галиции, совершило 2-ю (после войсковых перебросок из Франции) стратегическую ошибку — решающую для исхода всей кампании 1914 г. А Северо-Западный фронт, сковав германцев в Восточной Пруссии, лишил их возможности оказать влияние на ход событий в Галиции. И Юго-Западный фронт, нанеся крупное поражение австрийцам, вынудил их отойти к Карпатам [Храмов Ф. Указ. соч. С. 96].

Боевые качества русских и германских войск были равнозначны. Н. Евсеев, предостерегая от восхваления превосходных качеств германских войск в противовес якобы плохим русским войскам, отмечал что германцы и русские дрались одинаково, а пальма первенства по части паники (и в «Танненбергском» и в Гумбиненском сражениях) скорее принадлежала немцам [Евсеев Н. Указ. соч. С. 153]. Так, паника возникает 7-го августа в обоих лучших корпусах 8-й армии при Гумбинене, 11-го августа в 37-й пехотной дивизии при Орлау-Франкенау, 14-го августа в дивизии Унгера и т. д. Например, паника, возникшая утром 15-го августа в 41-й пехотной дивизии, разгромленной войсками русского 15-го корпуса, передалась другим войскам – охватив и тылы группы Шольца. Причем когда П. Гинденбург попытался проехать в штаб 20-го корпуса на автомобиле, ему это выполнить не удалось. Паника под «Танненбергом» приняла серьезный характер. П. Гинденбург наблюдал хаотическое движение повозок, забитые дороги и крики «Русские идут» [Храмов Ф. Указ. соч. С. 60].

До войны германцы считали русские войска тактически подготовленными слабо — но ход Восточно-Прусской операции продемонстрировал противоположное. Тактическая подготовка русской пехоты оказалась не ниже немецкой, а тактическая подготовка русской артиллерии была выше немецкой — и замечательные тактические победы (Гумбинен, Орлау, Ваплиц) в полной мере подтверждали этот вывод [Там же. С. 100].

Стиль командования русских и немецких военачальников был идентичным, но германцев отличали: большая динамичность реакции на изменения обстановки, постоянный мониторинг ситуации и более высокая информированность. Ю. Н. Данилов отмечал такую интересную сторону военного искусства германцев, как умение эксплуатировать каждый промах своего противника. Действия немцев отличали крайняя смелость и настойчивость — они умели рисковать, не раз балансируя между победой и поражением [Данилов Ю. Н. Россия в мировой войне 1914—1915 гг. С. 153].

Русские фронтовики отмечали, что германские части, оказавшиеся без командиров, охотно сдавались в плен. Что же до стойкости даже окруженных русских войск – то она в комментариях не нуждается (примером чему служат обе мировые войны). Причем погибающие и изолированные русские части и подразделения неоднократно наносили врагу чувствительные удары. Например, 6-батальонный арьергард 13-го армейского корпуса доблестно бился с превосходящими силами в полном окружении – и 16-го августа нанес крупное поражение 37-й пехотной дивизии и ландверной дивизии Гольца. Причем немцы были обращены в бегство [Храмов Ф. Указ. соч. С. 62-63].

Т. о., в ходе операции русские войска одержали целую серию побед в корпусном, дивизионном и бригадном масштабах, не использованных оперативным руководством. А ирония судьбы была в том, как отмечал И. И. Вацетис [Операции на Восточной границе Германии. С. 15], что русские войска выиграли почти все бои, но потерпели в операции поражение.

Источник

Первая мировая на русском фронте

Битва при Мазурских озерах стала последним сражением Восточно-Прусской операции. В ходе нее немцам удалось преодолеть сопротивление русской 1-й армии П. К. Ренненкампфа и выбить ее из Восточной Пруссии.

Читайте также:  На завьяловских озерах летний фестиваль

Разбив русскую 2-ю армию и получив подкрепления с Западного фронта (два корпуса вместо изначально предполагавшихся шести: Гвардейский резервный под командованием Макса фон Галлвитца и 11-й армейский Отто фон Плюскова), Гинденбург принял решение окончательно освободить Восточную Пруссию. План его заключался в том, чтобы опрокинуть слабый левый фланг 1-й армии Ренненкампфа, обойти ее, прижать к болотам в низовьях реки Неман и там уничтожить. Планы русского командования в тот момент предполагали прежде всего блокаду Кеннигсберга и не учитывали угрозу быстрого германского наступления. Нацеливаясь на город, Ренненкампф сосредоточил сразу два корпуса (XX корпус под командованием Владимира Васильевича Смирнова и XXVI корпус Александра Алексеевича Гернгросса) на своем правом фланге. В то же время на левом фланге армии большой участок фронта закрывал один лишь II корпус (командующий Владимир Алексеевич Слюсаренко), удерживавший проходы между Мазурскими озерами напротив немецкого Летценского укрепленного района.

Силы русской армии составляли пять корпусов (помимо вышеупомянутых это были III корпус Николая Алексеевича Епанчина и IV корпус Эрис Хан Алиева) плюс 5,5 кавалерийских дивизий (228 батальонов и 173 эскадрона при 900 орудиях). Силы германской 8-й армии на тот момент были эквивалентны 7,5 корпусам (составлявшие основу армии 1-й армейский Г. фон Франсуа, 17-й армейский А. фон Макензена, 20-й армейский Ф. фон Шольтца и 1-й резервный О. фон Белова, два корпуса с Западного фронта, гарнизоны и отдельные дивизии резерва) плюс две кавалерийские дивизии (215 батальонов и 104 эскадрона при 1080 орудиях). Из их числа 1-й и 17-й армейские корпуса с частью резервистов и основной массой кавалерии (81 батальон и 64 эскадрона при 364 орудиях) были направлены на формирование обходной колонны для атаки на левый фланг 1-й армии.

7 сентября эта колонна вошла в столкновение со II корпусом генерала Слюсаренко. Для Ренненкампфа наконец стала очевидной неустойчивость левого крыла его войск, и 8 сентября он дал приказ на переброску через тыл армии XX корпуса и трех кавалерийских дивизий в помощь II корпусу. Однако наступление немцев по всему фронту и тяжелое положение на левом фланге (первая атака 17-го корпуса немцев была удачно парирована, но подход 1-го корпуса лишил русские войска шансов на успех) убедили его в необходимости отступить для спасения армии.

Отход начался в ночь на 10 сентября. III, IV и XXVI корпуса успешно вышли из соприкосновения с противником и быстро двинулись к границе, не давая противнику себя настигнуть. II и XX корпуса отступали с боями, прикрывая движение остальных. Погоня за русской армией продолжалась до 14 сентября, пока та не перешла границу и не очистила территорию Восточной Пруссии. Таким образом, планы германского командования были сорваны, хотя отступление и стоило русской 1-й армии около 75–80 тыс. человек убитыми, раненными и пленными, а также 150 орудий. Немецкие потери оцениваются с большим разбросом, от 9–14 до 40 тыс. человек.

После битвы при Мазурских озерах боевые действия в Восточной Пруссии замерли. Немецкое командование не ставило перед собой целью наступление вглубь России и смогло наконец сосредоточиться на помощи Австро-Венгрии, чьи войска терпели поражение в Галицийской битве. Русский же Северо-Западный фронт приходил в себя и залечивал раны. Его доукомплектование шло непрерывно, и уже в начале сентября он насчитывал три армии вместо прежних двух: 1-ю, пополненную 2-ю и свежесформированную 10-ю. Однако, последние две еще не были готовы оказать решительную помощь Ренненкампфу в битве при Мазурских озерах, а после нее необходимо было выждать время, пока 1-я армия восстановится после стремительного отступления. По итогам же всей Восточно-Прусской операции подорвавший свою репутацию командующий фронтом Я. Г. Жилинский был отставлен со своего поста. На его место пришел Николай Владимирович Рузский, до этого командовавший в Галиции 3-й армией.

Источник

Поделиться с друзьями
Байкал24