Гарин тайна озера золотого

Тайна озера Золотого. Книга 2

— Че-е? — не поняла Тонька. Она была безумно рада, что больному лучше и что скоро они начнут общаться.

— М-м-ы! — опять промычал больной и, обессилев от напряжения, закрыл глаза.

Тайна озера Золотого. Книга 2 скачать fb2, epub бесплатно

– Ой, не знаю, Даша, – тихо проговорила старая женщина, со стоном усаживаясь подле соседки, – не знаю, говорю, правильно ли, что взяли к себе девочек!?

– Почему нет!?– как можно бодрее ответила Дарья.

– Не знаю, не знаю… Это может духам не понравиться… Как бы беду на нас не наслали…

…Молодой саам по имени Оула в первом же бою в декабре 1939 года (Зимняя война — СССР с Финляндией) попадает в плен. Знакомство с Россией начинается с подвалов НКВД, затем этап до Котласа и далее на Север. Удается бежать в горы. Его лечат и спасают от преследования охотники-манси. Там он знакомится с подростком-сиротой Ефимкой Сэротетто и Максимом Мальцевым — бывшим красноармейцем, мечтающем отыскать след «Золотой Бабы». Так втроем с невероятными приключениями они добираются до Березово, где Максим попадает в руки НКВД, а Оула с Ефимкой удается добраться до ямальской тундры.

Два раза судьба Оула сводит с 501 стройкой (система лагерей политзаключенных) в 1953 году и наши дни. После случайной гибели Ефима, Оула воспитывает его детей, затем внуков. Создает образцовое частное хозяйство.

Прожив почти всю свою жизнь в тундре среди ненцев, 70 летним с делегацией оленеводов он попадает в Лапландию. Там происходит встреча с домом, слепой, престарелой матерью и… своим памятником.

Он не понимает, как за полвека почти исчез традиционный образ жизни саамов, как пастухами все чаще становятся посторонние люди, наезжающие с южных районов Финляндии, как оленеводческая культура саамов легко превратилась в безликую, ожесточенную индустрию мяса.

Многое меняется в сознании Оула после этой поездки. В Россию он возвращается с горячим желанием что-то делать во имя спасения сибирского Севера.

Роман написан в остро-приключенческом жанре. Плотно насыщен событиями, реально происходившими в описываемых регионах. Читается легко и доступно.

Источник

Тайна озера Золотого. Книга 1

– Ой, не знаю, Даша, – тихо проговорила старая женщина, со стоном усаживаясь подле соседки, – не знаю, говорю, правильно ли, что взяли к себе девочек!?

– Почему нет!?– как можно бодрее ответила Дарья.

– Не знаю, не знаю… Это может духам не понравиться… Как бы беду на нас не наслали…

Тайна озера Золотого. Книга 1 скачать fb2, epub бесплатно

— Че-е? — не поняла Тонька. Она была безумно рада, что больному лучше и что скоро они начнут общаться.

— М-м-ы! — опять промычал больной и, обессилев от напряжения, закрыл глаза.

…Молодой саам по имени Оула в первом же бою в декабре 1939 года (Зимняя война — СССР с Финляндией) попадает в плен. Знакомство с Россией начинается с подвалов НКВД, затем этап до Котласа и далее на Север. Удается бежать в горы. Его лечат и спасают от преследования охотники-манси. Там он знакомится с подростком-сиротой Ефимкой Сэротетто и Максимом Мальцевым — бывшим красноармейцем, мечтающем отыскать след «Золотой Бабы». Так втроем с невероятными приключениями они добираются до Березово, где Максим попадает в руки НКВД, а Оула с Ефимкой удается добраться до ямальской тундры.

Два раза судьба Оула сводит с 501 стройкой (система лагерей политзаключенных) в 1953 году и наши дни. После случайной гибели Ефима, Оула воспитывает его детей, затем внуков. Создает образцовое частное хозяйство.

Прожив почти всю свою жизнь в тундре среди ненцев, 70 летним с делегацией оленеводов он попадает в Лапландию. Там происходит встреча с домом, слепой, престарелой матерью и… своим памятником.

Он не понимает, как за полвека почти исчез традиционный образ жизни саамов, как пастухами все чаще становятся посторонние люди, наезжающие с южных районов Финляндии, как оленеводческая культура саамов легко превратилась в безликую, ожесточенную индустрию мяса.

Многое меняется в сознании Оула после этой поездки. В Россию он возвращается с горячим желанием что-то делать во имя спасения сибирского Севера.

Роман написан в остро-приключенческом жанре. Плотно насыщен событиями, реально происходившими в описываемых регионах. Читается легко и доступно.

Источник

Николай Гарин. «Тайна озера золотого», книга 3 (выпуск 11, последний)

Женя до безумия, до тошноты, до отвращения в этот момент ненавидел себя. Ему было жаль это красивое животное, которое было принесено в жертву ради его жизни. Но что ему оставалось делать, если он стал жить по законам дикой природы?! Ведь чтобы выжить в этих условиях, надо кого-то убивать! Он вытер влажные глаза и достал нож. Снова присел перед животным, осторожно и ласково провел рукой по горлу зверя от головы и до того места, где шея переходила в грудь. Нащупал мягкое углубление, в котором мощно бился пульс животного, вставил в нее конец лезвия и, прошептав сломавшимся вдруг голосом «Прости!», с отчаянием и болью вогнал нож по самую рукоятку. Лось дернулся, открыл глаза и захрапел, пытаясь вздохнуть. Женя, не вытаскивая ножа, рванул вверх, перерезая лосю горло. По всему телу животного прошла дрожь, а внизу под шеей раздался сип, хрип, бульканье, и на лед стремительно хлынул поток черной крови, обдав Женю удушливым паром, от которого закружилась голова.
Волки, почуяв кровь, пришли в неистовство. Они заволновались, забегали, задирая морды и втягивая в себя воздух. Громко порыкивали, обнажая клыки, подвывали, то и дело с их характерной свирепостью набрасывались друг на друга. Некоторые пытались спуститься на лед, но тут же разворачивались, продолжая рычать и подвывать в бессильной злобе.
Когда лось окончательно затих, Женя, смахнув слезы, приступил к разделке туши. Надо было тропиться. Стая истощенных, свирепых хищников могла не выдержать и ринуться к своей добыче, несмотря на скользкий лед и человеческую угрозу. Поэтому Женя быстро, не снимая шкуры с животного, поскольку она и так была сильно попорчена, стал разделывать тушу. Резал, рубил, оттаскивал мясо подальше от берега. Достал сердце животного и повернулся в сторону Духа долины.
— Тебе! – громко крикнул Женя, отчего волки на берегу замерли. — Я принесу его тебе в благодарность! – добавил он, не сомневаясь, что Идол видит его и слышит.
Когда Женя закончил с мясом и перестал подходить к остаткам туши, волки сначала осторожно, потом все смелее, падая и поднимаясь, ползком, скребя о лед когтями, стали подбираться к долгожданной добыче. Очень скоро они, злобно рыча, с остервенением рвали тушу, отрывая кусок за куском, глотали, не прожевывая. Они хрустели костями, перекусывая ребра, хребет, чавкали, глотая внутренности. Женя слегка поежился, представляя, что было бы, если бы лось достался им живым.
Когда пир волков вошел в свою кульминацию, Женя взвалил на плечо огромную заднюю ногу лося, подхватил переднюю и пошел к избушке. До наступления темноты он сделал три ходки. Волки ближе к вечеру уже просто лежали на своих раздутых животах, то и дело смыкая глаза, как перед засыпанием.
Конец.

Читайте также:  Где искупаться на белом озере

Источник

«Николай Гарин. Тайна озера золотого, Книга 1 » — читать интересную книгу автора

(doc)
— Тайна озера золотого. Книга 1 1493K (скачать doc) title: Купить
Тайна озера золотого. Книга 1: feed_id: 2942 pattern_id: 317 format: 2
book_author: Николай Петрович Гарин book_name: Тайна озера золотого. Книга 1
(купить) — Николай Петрович Гарин

«ТАЙНА ОЗЕРА ЗОЛОТОГО»

Узкая, еле приметная оленья дорога — варга долго петляла по старому
горельнику. Она то плавно огибала невысокие скальные выступы, островки
молодого осинника, густого кустарника, то вдруг делала резкий поворот и в
испуге шарахалась от разлапистых корневищ повергнутых стихией деревьев, то
забегала на очередной взгорок и торопливо с него сбегала. Наконец, точно

устав от кружения, она выпрямилась, вытянулась и побежала под длинный
пологий уклон к темнеющему вдали кедровнику.

Спустившись вниз и перебежав по льду небольшую речушку, варга легко
запрыгнула на другой берег и тут же нырнула в темноту вековых деревьев.

Короткий зимний день заканчивался. Быстро наступали сумерки, размывая
кусты, превращая горелые коряги в причудливые, уродливые существа.

Параллельно дороге, почти через весь горельник пропетляла и небольшая
стая волков. Зверей вымотали сплошные завалы, глубокий рыхлый снег и
затянувшийся голод. Идущий впереди крупный молодой волк с едва заметными
подпалинами на боках все никак не решался выйти на открытое место. Он
продолжал торить грудью глубокий снег, перебираться через валежины и кусты.
Это был совсем молодой вожак, и вел он остаток некогда многочисленной и
грозной стаи с предельной осторожностью. Он больше не мог рисковать ни этим
остатком, ни собой — впереди почти целая зима, и в одиночку не выжить.

Последние события развили в нем сверхподозрительность. Несколько
попыток отбить от стада молодых и слабых оленей завершились потерей старой
волчицы-матери и еще трех собратьев. Люди надежно стерегли своих животных.
Они хорошо изучили повадки стаи и поджидали, казалось, повсюду. Прятали в
снег страшные металлические пасти, которые чуть не перекусывали волкам ноги,
появлялись неожиданно в любое время и оглушительно палили из ружей.

Источник

Тайна озера Золотого. Книга 1

События почти столетней давности происходят вокруг затерянного среди уральских гор – дикого прииска. Причудливо переплетенные между собой людские судьбы безжалостно высвечивает сияние шального золота, щедро одаривая одних героев любовью и счастьем, других горем и позором.
В первой книге значительное место уделяется раскрытию главных героев, их родовых корней. Много романтических приключений связанных с необычностью горно-уральской природы, противостоянию человека и зверя, загадочностью и таинственностью коренных жителей края – вогулов.
Жанр книги – остро-приключенческий. Произведение плотно насыщено событиями реально происходившими. Названия мест, фамилии и имена изменены. Читается легко и доступно.

  • Язык: русский
  • Формат: fb2
  • Размер: 344.65 kB
  • Жанр: не обозначен

Читать онлайн Ч А С Т Ь В Т О Р А Я..

– Ой, не знаю, Даша, – тихо проговорила старая женщина, со стоном усаживаясь подле соседки, – не знаю, говорю, правильно ли, что взяли к себе девочек!?

– Почему нет!?– как можно бодрее ответила Дарья.

– Не знаю, не знаю… Это может духам не понравиться… Как бы беду на нас не наслали…

На этот раз Дарья смолчала. А что она могла ответить этой мудрой женщине, прожившей долгую жизнь в тайге. Да и сама она не раз об этом думала. Раз люди умирают там, значит так угодно духам. Может, они так мстят за разрытую ими землю, за то, что мутят воду в ручьях и оставляют после себя страшные ямы.

– Каслать, однако, надо скорее с этого места, – между тем, поохивая, продолжала старуха.

Да, права тетка Матрена, надо собираться. Утром она уговорит Прошу откаслать к трем озерам, поближе к поселку Лысая Сопка, где живут братья ее первого покойного мужа Матвея.
Мороз уже начал потихоньку пробирать Дарью, и она подумывала вернуться в теплый чум, но видя, что тетка Матрена продолжает напряженно смотреть в темноту болота, куда убегала варга, не решалась уходить.

– Однако, он без ружья пошел…, – проговорила, наконец, старуха.

У Дарьи сдавило сердце. Красноволосый великан был уже не чужим.

– Федька вечером про следы упоминал. Будто волки… откуда-то с севера зашли, – опять проговорила старуха и тихо добавила: – Да, голод есть голод, эх-хе-хе…

Голод – это всегда страшно. Кто-кто, а Дарья его с лихвой натерпелась за свою жизнь. Да и кто в тайге этого не знает. Ей были известны случаи, когда не только волки, люди людей поедали. «Надо было удержать этого красноволосого до утра. А там бы Прокопий проводил, – не могла успокоиться Дарья. – Помогите ему духи…, помоги ему Господь!»
Так с тревогой в душе Дарья вернулась в чум. Немного погревшись у печки, она задула лампу и осторожно улеглась рядом с девочкой. «Теперь мы всегда будем спать вместе, – думала Дарья, проверяя на ощупь, как та укрыта. – И имя хорошее, легкое и мягкое: По-линка, Поля, По-олюшка!». Продолжая улыбаться, она придвинулась к спящей девочке совсем близко, пока не почувствовала на своей щеке ее легкое дыхание. Это было поистине наслаждение!
«Странно все же, – продолжала рассуждать Дарья, – стольких ребят подняла, своих, а тут вроде и чужая, а такого, кажется, не было! А может и было, да забылось, старею, однако. Нет, что не говори, а судьба сделала мне замечательный подарок!»
Сон не шел, да и уснешь разве после такого… Не уходила, будто топталась у порога тревога… «Где он сейчас!? – Дарья представила, как широко шагает в ночи отец Полинки. – Болото, должно быть, прошел… Только бы все обошлось…» Но мысли опять переключились на Полинку. Дарья робко, совсем осторожно подумала о том времени, когда девочка начнет помогать ей по хозяйству. Трудно женщине в тайге, а особенно когда вокруг одни мужчины. Шкуры выделывай, шей из них теплую и прочную одежду да обувь. Пока одному шьешь, у другого прохудилось, надо или заново шить, или хорошо чинить старое. А еще еду вари, мужчины должны много и часто есть, иначе какие они охотники. Да за жильем смотри, а если еще маленькие дети!? Э-эх, женская доля!
Дарья, в общем-то, не обижалась на свою судьбу. Живет долго, никогда и ничем не болела, ребят нарожала, да на ноги поставила. Жалко Матвея, первого мужа, тихого, доброго парня. И года не прожили, забрало его Красное озеро. Как она убивалась.
А второй ее муж, Степан, опять же с царской не пришел. Уж какой крепкий, как кедр был. Равных ему по силе не сыскать было. На медведя всегда в одиночку ходил с одной «пальмой». Павел с Сергеем в него получились, такие же могучие, рукастые!
Наверно, хорошо там Матвею со Степаном в «нижнем мире», раз редко приходят к ней из прошлого. А может оттого, что дел много, что даже и вспомнить некогда.
В общем, не в обиде она на судьбу. Единственное, пожалуй, что она хотела всегда – девочку, дочь родить… Но и это, Слава тебе Господи, кажется случилось! И Дарья еще ближе прижалась к девочке: «Интересно, какая же я была в такие годы!?»
Наблюдая как красные бока печки постепенно темнеют, а поленья все тише и реже постреливают, Дарья вдруг увидела себя в простеньком, холщовом сарафанчике, штопанном-перештопанном десятки раз, с двумя тонкими, тугими косицами, связанными между собой в самом конце цветной тряпочкой, босоногой и с постоянным чувством голода.
Вот она… Ей где-то лет десять. Вокруг звонко гомонящая, подвижная стайка ее сестренок и братишек. Их много. Она старшая. Тоненькая, худенькая, самая младшенькая Шурочка, почти все время у нее на руках. Остальные, кто прыгает, кто бегом, кто еле переставляет ноги, держась за Дашин сарафан, а кто вообще на четвереньках. И все вокруг нее с утра и до ночи. Всех надо умыть, накормить, успокоить, постирать, уложить спать. Мачеха – добрая тихая мама-Катя опять была тяжелая и очень болезненно это переносила. Свою же родную мать Даша не помнила.
«Сколько же нас тогда было-то? Та-ак. да, Шурочка восьмая, я девятая, правильнее – я первая, а она девятая…» – Дарья тяжело вздохнула.
Когда родилась последняя сестренка, Даша сама назвала ее Шурой. Где-то она слышала это тихое, похожее на шорох имя.
Родители не возражали, Шурой так Шурой. Даша любила свою младшенькую сестренку всей душой, больше остальных. И та прониклась взаимностью, и относилась к ней как к матери. Может отсюда столь давняя мечта иметь свою дочь.
У каждого человека есть что-то вроде начала отсчета памяти, то есть время, с которого он начинал помнить себя. Часто это какой-то эпизод из раннего детства, сильно пережитый, глубоко засевший в памяти. И потом в жизни это давнее прошлое часто приходит либо по вашему желанию, либо ни звано, ни прошено, по своей природной прихоти.
Для Дарьи был свой отсчет. Он начался в день, когда родной отец отлучил ее от семьи. Хотя, конечно, она могла бы вспомнить и более ранние годы своего детства, но никогда не вспоминала, и они сами не приходили к ней. А вот тот августовский день, когда она враз потеряла свою семью, своих сестренок и братишек, когда потеряла Шурочку и больше никогда в жизни никого из них так и не встретила, и до сих пор не знает, что с ними, где они…
Когда Дарье плохо, когда совсем невмоготу, когда она на распутье и надо принимать очень серьезное решение, она «выходит» из действительности и вспоминает реку. Отчетливо видит мельчайшие детали на берегу: детские следы босых ног на песке, сухие ветки, листья, примятую траву, чувствует даже рыбный дух воды, слышит мурлыкание переката вверху по течению, даже солнце, то солнце, которое было тогда, в том очень далеком августе и длинную, заваленную домашним скарбом лодку…
Дарья мотнула головой, словно прогоняя выплывшие из прошлого картины. Пробежала рукой по спящей девочке, проверяя, как та укрыта, и даже попыталась порассуждать о завтрашнем дне. Но разве себя обманешь!? Воспоминания будто присели рядом и терпеливо ждали, когда она успокоится и переключится на них. Глубоко вздохнув, Дарья переключилась…
И тут же в уши ворвался почти забытый голос отца, его гневная ругань. Весь багровый от напряжения он «крыл» все на свете, пытаясь столкнуть с отмели глубоко осевшую лодку. Перегруженная домашними вещами лодка глубоко осела. Поверх узлов, мешков, ведер, пайв торчали светлые, испуганные детские головки ее сестренок и братиков. Они цепко схватились рученками за борта и боялись шевельнуться, затихли, сидя в неудобных позах.
Отец продолжал негодовать, ему долго не удавалось столкнуть лодку. Наконец, она медленно пошла. Ее нос сполз с береговой отмели, и она еще больше осела. Угрожающе покачиваясь, лодка едва-едва не черпала бортами воду, а еще не села Даша и сам отец.
Но вот, осторожно переступив через борт, отец уже стоит на корме с длинным шестом в руках. Торопит Дашу. Она спешит, забредает по колено, укладывает последний узел и, неловко, опираясь на борт, пытается забросить ногу, отчего лодка дает крен и черпает немного воды.
Взвизгнули дети. Отец снова взрывается… От его крика у Даши подкашиваются ноги. Она застывает на месте, боясь сделать новую попытку. С ужасом смотрит, как лодка плавно скользит мимо. Вот уже и корма, ноги отца. Боясь остаться, Даша в отчаянии пытается снова забраться в лодку и делает это еще менее удачно, она просто переваливается через борт, дав тем самым еще больший крен, и лодка на этот раз зачерпывает много воды.
Визг детей заглушает вопль отца.
Вдруг резкая боль острой спицей прокалывает Дашу с головы до ног. В глазах темнеет, она слышит, как трещат волосы на голове, она… отрывается от лодки и… летит за борт…
Вынырнув из воды и протерев глаза, Даша цепенеет от ужаса: – лодка с ее семьей уже на середине реки!
Как во сне Даша выбралась на берег и бросилась вслед за лодкой, не спуская с нее глаз. Она бежала не чувствуя ног, боли на голове, часто запинаясь о коряги и падая, ничего не видела, кроме детских головок, торчащих среди узлов. Она даже не слышала, как ребятишки, зажав ручонками рты, сначала заскулили как щенята, потом заплакали, заревели, завыли, глядя на бегущую за ними по берегу старшую сестру. Отец в бешеной ярости продолжал страшно орать и трясти над ними шестом. Но детей было не остановить, они выли уже вовсю, чувствуя, что произошло страшное!
Даша не отставала, она бежала как в бреду, не разбирая дороги, часто продираясь сквозь кусты, завалы, то взбираясь на крутой берег, то кубарем скатываясь с него. Она не могла поверить в то, что произошло, она еще надеялась, что отец отойдет, пожалеет, причалит к берегу и возьмет ее. А как же иначе, как ей без них!? Когда она окажется на лодке, то обнимет отца за ноги и не отпустит, пока не приплывут к месту.
Дарья хорошо помнит, как со всего маху влетела в заводь и чудом смогла из нее выбраться. Она поежилась, вспоминая, как обхватили ее тельце холодные, липкие водоросли, как жадно засасывало илистое дно ее ноги…
Помнит, как вернулась назад к тому месту на берегу, где они собирались в дорогу, как отыскала в золе живой уголечек, раздула, развела костер и обсушилась. Всю ночь не сводила глаз с реки, все ждала отца…
Она отлично помнит, как утром, воя и размазывая по лицу слезы, она ползала на четвереньках по берегу и целовала ямочки, оставленные в сыром песке босыми ногами ее сестренок и братиков. В каждом следочке она узнавала то одного, то другого из них.
Помнит, как к вечеру пошел уже по-осеннему долгий и холодный дождь, а она, забыв про костер и про все на свете, побежала на берег спасать следы – закрывала их ветками, корой, собой… А потом всю ночь протряслась от холода.
Как она грязная, зареванная и голодная еще и еще раз обшаривает все места, куда еще совсем недавно сама выбрасывала остатки еды собакам, выливала помои… Ей все время нестерпимо хотелось есть, голова кружилась и чуточку подташнивало.
Даша уже не помнила, на какой день до нее как-то враз дошло, что все, конец, дальше ждать она не может, у нее просто не осталось сил. Ей захотелось досадить отцу собственной смертью.
Сняв с себя крепкий поясок, она сделала петлю и полезла на дерево у самой реки. Ей хотелось, чтобы отец сразу увидел, как она висит и стал мучиться, и жалеть ее.
Привязав конец петли к верхнему сучку, и прежде чем прыгнуть вниз, Даша стала вслух прощаться со всеми по очереди. Слезы опять стали заливать ей лицо, едва она произнесла первое имя. Даша громко, с ревом выкрикивала, выталкивала из себя их имена. пока не свалилась на землю вместе с сучком, к которому была привязана петля.
Она помнила, как волокли ее с того места бывшие их соседи, а она упиралась, каталась по земле и визжала на всю тайгу, боялась, что вернется отец, а ее нет.
Дарья осторожно дотянулась до лица и вытерла слезы памяти. Тело затекло. Она прислушалась к ровному дыханию сыновей по другую сторону чума и, повернувшись на бок, медленно поднялась.
В чуме похолодало. В печке догорали последние угольки. Дарья подбросила еще несколько поленьев и, не закрывая дверцы, присела подле.
Как любой таежник, она любила смотреть на живой огонь, общаться с ним, ценить его тепло и уют. С малых лет ей казалось, что он на самом деле живой, как и все вокруг. У него есть душа, настроение… Если с ним по хорошему, то и он к тебе с добром. Дарья была уверена, что огонь умеет читать мысли, понимает ее, умеет слушать, поскольку после общения с ним, на душе всегда светлело, становилось тепло и спокойно. А еще он умеет ласкать, быстро сушить слезы, заражать подвижностью, озорством и дарить радость.
С детства Дарья могла быстро и ловко управляться с огнем, разводить его в любую погоду при наличии камешков кремния и уж тем более спичек. Она никогда не гасила огонь, всегда давала ему умереть своей смертью, от старости. Не могла видеть, как кто-нибудь бросает в огонь кости или мусор, заливает его водой или топчет ногами.
Дрова разгорелись. По овальной стене чума, запрыгали желто-красные зайчики. Стало немного спокойнее.
Она закрыла дверцу, опустила полог теперь женского места и опять улеглась рядом с девочкой. Дарья долго прислушивалась к ее дыханию, к сонной возне собак за меховой стеной чума, прикинула, сколько осталось времени до рассвета. Спать не хотелось. Все же что-то было не так в эту ночь. Огонь так до конца и не растопил тревогу.
Дарья попробовала заставить себя думать о завтрашнем дне. Она начала было прикидывать, из чего сошьет Полинке маленькую сахи и кисочки. Попыталась представить, как будет примерять новую одежду на теперь уже свою дочь. С тем и уснула.

* * *

Мысли Егора, его сознание, все в нем рвалось на две части. В голове была невероятная путаница. Ноги несли вперед к прииску, где умирала его маленькая Машенька, самый родной и близкий человек на Свете. Душа гнала и гнала его вперед по варге, а трезвеющее сознание заворачивало обратно к стойбищу, где он оставил своих кровиночек. Он измучился сомнениями, ничего не чувствовал и не видел перед собой.
Одно было понятно и прочно засело во всей этой головной возне – обреченность. Егор прекрасно понимал, что и его дни сочтены.
Когда он шел к вогулам, была одна единственная цель – дойти и отдать девочек в надежные руки. Теперь, когда дочери будто бы вне опасности, когда их охотно приняли эти добрые люди, стали появляться и расти снежным комом сомнения: А вдруг люди окажутся не такими уж и надежными!? Какое образование они могут дать!? Хватит ли того, что он оставил для них!? А покажут ли девочкам карточки их родной матери, когда они вырастут?! А если их в вогулок превратят!? Вырастут и будут бродить по тайге, охотиться и пасти оленей!? Одна за другой носились, горячили и без того раскаленную голову мысли.
Снег под подошвами жалобно поскрипывал. Огромная, полная луна, равнодушно уставилась на Егора. Она подсвечивала дорогу бледным, неживым светом и привязала к нему тень, впрочем, как и ко всему вокруг.
Болото заканчивалось. Егор все дальше и дальше уходил от стойбища, а стало быть и от своих дочерей. Голова горела. Внутри ее, как в котле, что-то постоянно кипело. Физически идти было легко. Руки были свободны, хотя все еще хранили память о живом грузе. Ноги шли легко и упруго. Тяжело было на душе.
Егор не заметил, что давно идет по своим прежним следам, кое-где затоптанным крупными лапами, похожими на собачьи. Его голова никак не переключалась на окружающую действительность.
Но вот что-то уперлось в грудь. Егор поднял глаза и увидел перед собой силуэты трех огромных собак. Плоские, низко опустив крупные головы, они словно извинялись, что перекрыли собой дорогу.
Сделав еще несколько шагов по инерции, Егора ожгло. Волки!
Голова прояснялась быстро. Все прежние тревоги и мысли стремительно унеслись прочь. Сердце как могучий колокол забило тревогу, пробуждая дремавшее тело, тормоша чувства.
Нет, страха не было. Скорее наоборот, возвращалось забытое, упоительное чувство куража и смертельного риска. Егора слегка затрясло от предстоящей схватки, как ранее перед кавалерийской атакой или еще раньше в молодости перед дракой стенка на стенку.
Руки наливались силой. Кулаки тяжелели. Грудь с каждым вздохом разворачивалась и твердела. В голову невидимым туманом вползало отчаяние.

Читайте также:  Как найти площадь озера на плане местности егэ

– Ну-у, спасибо, ребята, – тихо, для себя прошептал Егор. Он медленно и плавно вытаскивал из-за пояса тот самый нож, который однажды подарил ему умирающий вогул. Он даже помнил последние слова старика: «В этом ноже сила Духа этих гор… Носи, не снимай! В руку возьмешь, когда беда придет…»

Источник

Поделиться с друзьями
Байкал24