Издалека долго течет река волга ноты для хора

Издалека долго течет река волга ноты для хора

ТЕЧЕТ ВОЛГА
Из кинофильма «Течет Волга»

Музыка М. Фрадкина
Слова Л. Ошанина

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга –
Конца и края нет.
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет.

1. Сказала мать: «Бывает все, сынок.
Быть может, ты устанешь от дорог.
Когда придешь домой в конце пути,
Свои ладони в Волгу опусти».

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга –
Конца и края нет.
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне уж тридцать лет.

2. Тот первый взгляд и первый плеск весла —
Все было, только речка унесла.
Я не грущу о той весне былой,
Взамен ее твоя любовь со мной.

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга –
Конца и края нет.
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Гляжу в тебя, Волга,
Седьмой десяток лет.

3. Здесь мой причал, и здесь мои друзья —
Все, без чего на свете жить нельзя.
С далеких плесов в звездной тишине
Другой мальчишка подпевает мне:

— Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга –
Конца и края нет.
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет.

Сиреневый туман: Песенник: Любимые песни и романсы для голоса и гитары. — СПб.: Композитор, 2006.

Самая известная исполнительница — Людмила Зыкина.

Источник

Песня «Течёт Волга». История создания. Ноты. Видео

4 апреля ушёл из жизни советский композитор Марк Фрадкин (1914—1990).

Песня «Течёт Волга» Марка Фрадкина на стихи Льва Ошанина. История создания

Спутница тревог

Марк Григорьевич Фрадкин (1914—1990), русский советский композитор. На его счету более 50 музыкальных тем к известным российским кинофильмам, среди которых «Комсомольская песня» из кинофильма «Добровольцы», «Песня о любви» из «Простой истории», «Течет Волга» и «Летите, голуби» из одноименных фильмов, «За того парня», «Увезу тебя я в тундру», а также многие другие. Марк Фрадкин — обладатель Государственной премии (1979) и звания Народного артиста с 1985 года.

О том, как создавалась одна из самых известных песен Марка Фрадкина, рассказывает его соавтор — поэт Лев Ошанин.

Мне всегда хотелось написать песню о Волге.

Я родился на Волге, в Рыбинске, много раз бывал в Волгограде, Саратове. Но после удивительных старых народных песен, после песен о Стеньке Разине у меня просто не поднималась рука.

Но вот однажды мне позвонил композитор Марк Фрадкин. Он сказал, что звонит по просьбе кинорежиссера Якова Сегеля, который снимает панорамный фильм о Волге и просит нас написать для этого фильма песню. Это было заманчиво и страшновато.

Но кино есть кино. В кино — сроки. Если дал согласие — пиши.

А Сегель со съемочным коллективом в это время уже плыл по Волге, вдоль ее плесов и городов на пароходе «Аргунь» и снимал целую жизнь старого волгаря, последний раз ведущего буксир, отслуживший, как и он, свою долгую службу.

Там, на борту «Аргуни», в Волгограде, и складывалась песня «Течет Волга».

Создавалась она у рояля — строка за строкой, поворот за поворотом искались вместе с Фрадкиным. В работу часто врывался и Сегель, тонко чувствующий и любящий песню.

Всем хотелось, чтобы песня вышла и очень волжской, и очень простой, а в то же время значительной и современной. Как это сделать?

Если говорить о стихах, то черновиков, набросков, вариантов было множество, но сохранились у меня только три странички этих набросков. Вот, например, каким был самый первый вариант песни:

Издалека
Течет река,
Полна своих забот.
И никогда
Ее вода
Обратно не придет.

Мой причал
Позади.
Там любовь,
Там дожди.
Берег, полный огня…
Волга, не забывай меня!

А сколько раз
В рассветный час
Ты в путь меня звала.
А по весне
Навстречу мне
Босой девчонкой шла…

И снова: «Мой причал позади…»

Была в этом варианте еще и такая строфа:

Бегут леса,
Бегут дома,
А с ними жизнь сама,
И Ярославль,
И Хохлома
Опять сведут с ума.

Была готова музыка, насколько я вспоминаю сейчас, очень привлекательная. Фрадкину долго казалось, что «Мой причал…» — это и есть припев песни. А та музыкальная фраза, которая сейчас является рефренной, — «Издалека долго течет река Волга…» — эта фраза сначала казалась Фрадкину вступлением к песне.

Но мы с Сегелем убедили его, что это — самая глубокая фраза и что она является основой и сутью песни.

Помню, что много было споров и по поводу музыки средней части. Сегелю очень нравилась мелодия одной нашей старой лирической песни, написанной с Фрадкиным для какого-то спектакля. Песня не имела судьбы, и мы были согласны зачеркнуть ее. На ее ритмический рисунок и были написаны стихи трех куплетов — новелл, составляющих песню. Но оказалось, что с припевом мелодия не сливается, «простит» песню, делает ее плоской. Тогда Марк Григорьевич написал новую музыку, которая была необыкновенно точной.

Сначала четвертая строка рефрена была длиннее. И у меня было так:

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
И красит небо в синий цвет.

Лев Иванович Ошанин (1912—1996), советский поэт. Автор популярных патриотических, лирических песен. Сборники «Дети разных народов» (1950), «Стихи о любви» (1957), «Шел я сквозь вьюгу. » (1970), «Островитяне» (1972), «Издалека — долго» (1977), «Пока я дышать умею» (1985), «Баллады» (1987). Лауреат Государственной премии СССР (1950).

Мне это очень нравилось. А Фрадкину и Сегелю — нет. Но я не сдавался. Кончилось тем, что Фрадкин сократил музыку, и влезло только «конца и края нет». Я сначала обиделся. Но музыка и песня в целом стали значительно лучше.

Когда песня в первый раз прозвучала по радио, мне встретился поэт Владимир Дыховичный и, похвалив песню, сказал:

— Слушай, это же очень трудно. Там все слова рифмуются!

Оказалось, что действительно в рефрене все рифмуется. А я этого не заметил.

Так часто бывает в песне — некоторые формальные особенности используются поэтом интуитивно, без заданной схемы. Но, конечно, если бы была хоть маленькая натяжка, хоть одно неестественное слово, все надо было бы переделать и отказаться от рифм. Помню, что во второй части припева никак не находилась третья строка:

Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых…

Нужна была еще одна, такая же точно по ритму. А потом уже шло: «А мне семнадцать лет». Я перепробовал разные строки с рифмой к словам «спелых» и «белых». Но сразу все получалось искусственно и сладко, пока не нашлась повторная строка из первой части припева:

Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет.

Кстати, далеко не все песни выдерживают такую «поголовную» рифмовку. Скажем, был у меня такой случай, когда буквально все слова рифмовались в «Футбольной песенке», написанной с А. Новиковым. А вот в песне с А. Островским ; «Хороша ты, Вена» сначала все было построено на сплошной рифме, и получилось тупо. Пришлось рифмой пожертвовать, что я и сделал щедро и безоглядно. В «Волге» рифма оказалась на месте.

В работе над этой песней была особая, дополнительная трудность. Для фильма нужны были куплеты-эпизоды. Такие эпизоды можно было написать. Но сложатся ли они потом в цельный образ песни?

А мне думается, что писать песню-иллюстрацию, нечто служебное для картины, неверно и глупо. И для картины важно, чтобы потом песня вышла из нее и зажила самостоятельной жизнью. Сколько раз я отказывался от работы в кино, потому что не видел серьезной возможности в данной ленте создать самостоятельно живущую песню.

Песню «Течет Волга» удалось связать в единый клубок. Сегель поверил в нее и, по существу, «подвесил» на нее весь фильм.

Должен сказать, что я сравнительно мало работал в кино. Большинство моих песен пришли к людям не из фильмов; наоборот, многие попали в фильмы позднее. Так было с «Дорогами», «Гимном демократической молодежи мира», «Голосом земли» и некоторыми другими песнями.

Воспоминание о песне «Течет Волга» — одно из самых лучших воспоминаний о работе в кино.

Говоря об этой песне, хочется поделиться еще одним раздумьем. Раздумьем о ее исполнителях.

Песню для фильма записал Владимир Трошин, записал очень проникновенно и мягко, как это обычно свойственно этому талантливому артисту. Но когда редакция передачи «Доброе утро» попросила разрешения передать песню перед выходом картины по радио, Сегель разрешение дал, а ролик с записью не дал. И для радиослушателей первым исполнителем и первой любовью в песне «Течет Волга» был Марк Бернес. Он внес в это исполнение свойственное ему глубокое раздумье, мужественность, драматизм. Так и существовала песня в этих двух записях, каждая из которых была по-своему примечательна.

Но вдруг «углядела» песню и совершенно неожиданно для нас начала ее петь Людмила Зыкина. И оказалось, что все три такие разные редакции песни имеют право на существование.

Я знаю людей, которым до сих пор больше всего по сердцу исполнение Бернеса. И таких, которые предпочитают всем Трошина. Но, пожалуй, наибольшее количество поклонников у Людмилы Зыкиной, которая поет эту песню (к тому же написанную от имени мужчины), поет так, как будто она сама ее создала. Поет ее, как сама Волга, как сама Россия. И в песне открылись новые грани и новые стороны; выпукло обозначился тот народный русский характер, который нам хотелось передать.

Я счастлив, что мне довелось написать эту песню. За это кроме композитора и коллектива, в творческом содружестве с которым она была создана, я прежде всего благодарен моей родной Волге, перед которой всю жизнь чувствую себя должником.

Мой приятель на маленькой волжской пристани ожидал теплохода. Рядом с ним был хозяин пристани, немолодой шкипер, возившийся с каким-то канатом. Из репродуктора зазвучало: «Издалека долго…»

Шкипер бросил канат и стал слушать, серьезно и увлеченно. Мой приятель решил блеснуть эрудицией:

— А знаете, кто ее написал?

— Волгарь написал, — ответил шкипер, — не у волгаря не получилось бы. Мне очень дороги эти переданные мне слова.

Источник: Ошанин Л. И. Песни разных лет, как они создавались и их судьбы… М., 1990.

Песня «Течёт Волга». Ноты

Ноты песни «Течёт Волга» Марка Фрадкина на стихи Льва Ошанина.

Инструмент: ноты для голоса и аккорды;

Уровень сложности: начальный;

Источник: Ошанин Л. И. Песни разных лет, как они создавались и их судьбы… М., 1990.

Изображение кликабельно. Нажмите на него, чтобы открыть ноты увеличенного размера в новом окне.

Песня «Течёт Волга». Текст

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
Конца и края нет…
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет.

Сказала мать: «Бывает всё, сынок,
Быть может, ты устанешь от дорог, —
Когда придешь домой в конце пути,
Свои ладони в Волгу опусти».

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
Конца и края нет…
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне уж тридцать лет.

Тот первый взгляд и первый плеск весла…
Все было, только речка унесла…
Я не грущу о той весне былой,
Взамен ее твоя любовь со мной.

Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
Конца и края нет…
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Гляжу в тебя, Волга,
Седьмой десяток лет.

Здесь мой причал, и здесь мои друзья,
Все, без чего на свете жить нельзя.
С далеких плёсов в звездной тишине
Другой мальчишка подпевает мне:

«Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
Конца и края нет…
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых
Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет».

Песня «Течёт Волга». Слушать онлайн. Видео

Песня «Течёт Волга» («Издалека долго Течет река Волга») Марка Фрадкина на стихи Льва Ошанина. Исполняет Людмила Зыкина. Фрагмент фильма «Годы мирных свершений». 1977 г.

Источник

Песни на стихи Льва Ошанина

Сборник песен с нотами для голоса и аккордами на стихи поэта-песенника Л. Ошанина

ИЗДАЛЕКА — ДОЛГО

Мне всегда хотелось написать песню о Волге.
Я родился на Волге, в Рыбинске, много раз бывал в Волгограде, Саратове. Но после удивительных старых народных песен, после песен о Стеньке Разине у меня просто не поднималась рука.
Но вот однажды мне позвонил композитор Марк Фрадкин. Он сказал, что звонит по просьбе кинорежиссера Якова Сегеля, который снимает панорамный фильм о Волге и просит нас написать для этого фильма песню. Это было заманчиво и страшновато.
Но кино есть кино. В кино — сроки. Если дал согласие — пиши.
А Сегель со съемочным коллективом в это время уже плыл по Волге, вдоль ее плесов и городов на пароходе «Аргунь» и снимал целую жизнь старого волгаря, последний раз ведущего буксир, отслуживший, как и он, свою долгую службу.
Там, на борту «Аргуни», в Волгограде, и складывалась песня «Течет Волга».
Создавалась она у рояля — строка за строкой, поворот за поворотом искались вместе с Фрадкиным. В работу часто врывался и Сегель, тонко чувствующий и любящий песню.
Всем хотелось, чтобы песня вышла и очень волжской, и очень простой, а в то же время значительной и современной. Как это сделать?
Если говорить о стихах, то черновиков, набросков, вариантов было множество, но сохранились у меня только три странички этих набросков. Вот, например, каким был самый первый вариант песни:

Издалека Течет река,
Полна своих забот.
И никогда Ее вода
Обратно не придет.
А сколько раз
В рассветный час
Ты в путь меня звала.
А по весне Навстречу мне
Босой девчонкой шла.

Мой причал
Позади.
Там любовь,
Там дожди.
Берег, полный огня.
Волга, не забывай меня!

И снова: «Мой причал позади.»
Была в этом варианте еще и такая строфа:
Бегут леса, Бегут дома,
А с ними жизнь сама,
И Ярославль,
И Хохлома
Опять сведут с ума.

Была готова музыка, насколько я вспоминаю сейчас, очень привлекательная. Фрадкину долго казалось, что «Мой причал.» — это и есть припев песни. А та музыкальная фраза, которая сейчас является рефренной, — «Издалека долго течет река Волга.» — эта фраза сначала казалась Фрадкину вступлением к песне.
Но мы с Сегелем убедили его, что это — самая глубокая фраза и что она является основой и сутью песни.
Помню, что много было споров и по поводу музыки средней части. Сегелю очень нравилась мелодия одной нашей старой лирической песни, написанной с Фрадкиным для какого-то спектакля. Песня не имела судьбы, и мы были согласны зачеркнуть ее. На ее ритмический рисунок и были написаны стихи трех куплетов — новелл, составляющих песню. Но оказалось, что с припевом мелодия не сливается, «простит» песню, делает ее плоской. Тогда Марк Григорьевич написал новую музыку, которая была необыкновенно точной.
Сначала четвертая строка рефрена была длиннее. И у меня было так:
Издалека долго
Течет река Волга,
Течет река Волга —
И красит небо в синий цвет.
Мне это очень нравилось. А Фрадкину и Сегелю — нет. Но я не сдавался. Кончилось тем, что Фрадкин сократил музыку, и влезло только «конца и края нет». Я сначала обиделся. Но музыка и песня в целом стали значительно лучше.
Когда песня в первый раз прозвучала по радио, мне встретился поэт Владимир Дыховичный и, похвалив песню, сказал:
— Слушай, это же очень трудно. Там все слова рифмуются!
Оказалось, что действительно в рефрене все рифмуется. А я этого не заметил.
Так часто бывает в песне — некоторые формальные особенности используются поэтом интуитивно, без заданной схемы. Но, конечно, если бы была хоть маленькая натяжка, хоть одно неестественное слово, все надо было бы переделать и отказаться от рифм. Помню, что во второй части припева никак не находилась третья строка:
Среди хлебов спелых,
Среди снегов белых.
Нужна была еще одна, такая же точно по ритму. А потом уже шло: «А мне семнадцать лет». Я перепробовал разные строки с рифмой к словам «спелых» и «белых». Но сразу все получалось искусственно и сладко, пока не нашлась повторная строка из первой части припева:
Течет моя Волга,
А мне семнадцать лет.
Кстати, далеко не все песни выдерживают такую «поголовную» рифмовку. Скажем, был у меня такой случай, когда буквально все слова рифмовались в «Футбольной песенке», написанной с А. Новиковым. А вот в песне с А. Островским ; «Хороша ты, Вена» сначала все было построено на сплошной рифме, и получилось тупо. Пришлось рифмой пожертвовать, что я и сделал щедро и безоглядно. В «Волге» рифма оказалась на месте.
В работе над этой песней была особая, дополнительная трудность. Для фильма нужны были куплеты-эпизоды. Такие эпизоды можно было написать. Но сложатся ли они потом в цельный образ песни?
А мне думается, что писать песню-иллюстрацию, нечто служебное для картины, неверно и глупо. И для картины важно, чтобы потом песня вышла из нее и зажила самостоятельной жизнью. Сколько раз я отказывался от работы в кино, потому что не видел серьезной возможности в данной ленте создать самостоятельно живущую песню.
Песню «Течет Волга» удалось связать в единый клубок. Сегель поверил в нее и, по существу, «подвесил» на нее весь фильм.

Должен сказать, что я сравнительно мало работал в кино. Большинство моих песен пришли к людям не из фильмов; наоборот, многие попали в фильмы позднее. Так было с «Дорогами», «Гимном демократической молодежи мира», «Голосом земли» и некоторыми другими песнями.
Воспоминание о песне «Течет Волга» — одно из самых лучших воспоминаний о работе в кино.
Говоря об этой песне, хочется поделиться еще одним раздумьем. Раздумьем о ее исполнителях.
Песню для телефильма записал Владимир Трошин, записал очень проникновенно и мягко, как это обычно свойственно этому талантливому артисту. Но когда редакция передачи «Доброе утро» попросила разрешения передать песню перед выходом фильма по радио, Сегель разрешение дал, а ролик с записью не дал. И для слушателей первым исполнителем и первой любовью в песне «Течет Волга» был Марк Бернес. Он внес в это исполнение свойственное ему глубокое раздумье, мужественность, драматизм. Так и существовала песня в этих двух записях, каждая из которых была по-своему примечательна.
Но вдруг «углядела» песню и совершенно неожиданно для нас начала ее петь Людмила Зыкина. И оказалось, что все три такие разные редакции песни имеют право на существование.
Я знаю людей, которым до сих пор больше всего по сердцу исполнение Бернеса. И таких, которые предпочитают всем Трошина. Но, пожалуй, наибольшее количество поклонников у Людмилы Зыкиной, которая поет эту песню (к тому же написанную от имени мужчины), поет так, как будто она сама ее создала. Поет ее, как сама Волга, как сама Россия. И в песне открылись новые грани и новые стороны; выпукло обозначился тот народный русский характер, который нам хотелось передать.
Я счастлив, что мне случилось написать эту песню. За это кроме композитора и коллектива, в творческом содружестве с которым она была создана, я прежде всего благодарен моей родной Волге, перед которой всю жизнь чувствую себя должником.
Мой приятель на маленькой волжской пристани ожидал теплохода. Рядом с ним был хозяин пристани, немолодой шкипер, возившийся с каким-то канатом. Из репродуктора зазвучало: «Издалека долго.»
Шкипер бросил канат и стал слушать, серьезно и увлеченно. Мой приятель решил блеснуть эрудицией:
— А знаете, кто ее написал?
— Волгарь написал, — ответил шкипер, — не у волгаря не получилось бы. Мне очень дороги эти переданные мне слова.

Источник

Читайте также:  На реках вавилонских псалом 136 ноты
Поделиться с друзьями
Байкал24